Библия и образование: многосторонний подход

Какова подлинная связь Библии и образования? Это одна из многих тем, обсуждаемых в наши дни христианами. Пожалуй, наиболее распространенным ее определением является «библейская интеграция», которую обычно понимают исключительно как связь библейских принципов с содержанием школьных предметов. Но связь Библии с образованием (и мы это увидим) гораздо шире. В западном мире, где христианские школы существуют многие годы, эта проблема приобрела особое значение. В некоторых странах связь Библии с образованием допускается даже в государственных школах. Тем не менее, и в частных, и в государственных школах «библейская интеграция» нередко сталкивается с проблемами, которые ставят многих учителей в затруднительное положение. Чаще всего это обусловлено тем, что интеграция – это сложное и многогранное понятие, поэтому применять ее в педагогической практике, действительно, непросто. Хочется надеяться, что предлагаемый взгляд на библейскую интеграцию поможет лучше понять данный вопрос. 

Этот материал представляет резюме избранных глав из книги д-ра Дэвида Смита и д-ра Джона Шортта The Bible and the Task of Teaching [«Библия и обучение»], изданной на английском языке. Она предлагает анализ различных исследований, проведенных современными христианскими мыслителями по данной научной проблеме.

По мнению д-ра Дэвида Смита и д-ра Джона Шортта, христианский подход к образованию начинается с фундамента – с философских предпосылок, потому что именно они определяют содержание школьной программы, преподавание, структуру уроков, взаимоотношения между учителями, учащимися и родителями, характер руководства в школе и пр. Христианская точка зрения на человеческую природу, цель образования в контексте жизненно важных вопросов, на роль культуры и учителя, на нравственное и духовное измерение образования, на смысл жизни и т. д. – все это основополагающие компоненты данной задачи. Таким образом, христианский подход должен отвечать не только на вопрос «что?», но также и «кто?», «когда?», «как?» и «почему?». Христианское образование – это систематический и целостный подход к образованию.

Таким образом, насущная задача христианского образования заключается в том, чтобы отыскать соответствующий и ясный способ, помогающий соединить Библию с образованием, который в одинаковой мере будет соответствовать и целям образования, и Духу Библии. Но как установить такую связь Библии с образованием, которая будет отвечать сути того и другого? Какого рода взаимосвязи разумны, естественны и необходимы для всестороннего христианского образования? Ниже мы рассмотрим некоторые важнейшие аспекты обсуждаемой проблемы библейской интеграции в образовании.

Учитель как «живая программа»

С точки зрения многих современных педагогических теорий, преподавание – это, по сути, дело техники. Цели обучения определяются на основании того, что поведение преподавателя и учащегося можно изучать эмпирическим путем. Предполагается, что достаточно обучить педагога правильной методике, и если он будет строго следовать полученным инструкциям, то сможет достичь желаемого результата. Преподавание в таком случае рассматривается, главным образом, как точное следование выбранной методике. При этом, такие личностные качества учителя, как деликатность и доброта, для преподавания почти не имеют никакого значения.

Но такие христианские педагоги, как, например, Паркер Пальмер, источником успешного преподавания считают человеческое сердце. Слово «сердце» здесь нужно понимать так, как его понимали древние – как центр человеческой личности, место совокупных действий интеллекта, чувств, духа и воли.

«…Этот подход к взаимосвязи Библии с образованием иногда называют «воплощением», имея в виду христианское учение о том, что Бог наиболее полно явил Себя не в заповедях и догматах, а в воплощении Иисуса Христа. Так же и учитель-христианин призван стремиться к тому, чтобы через жизнь во Христе воплощать библейские идеалы в своей повседневной жизни и на уроках в школе... Характер учителя может оказать огромное воздействие на успеваемость учащихся… Учитель, читающий Библию для изменения своей жизни, обнаружит, что в Писании очень много говорится о свойствах характера, которые проявляются в поступках и во взаимоотношениях с окружающими. Через некоторое время Библия поможет ему понять свою сущность и призвание… А это, в свою очередь, окажет влияние на то, как его ученики будут усваивать учебный материал.… Таким образом, Библия образовывает тех людей, которые дают образование другим» (Дэвид Смит и Джон Шортт «Библия и обучение» (издание на английском языке), с. 37-38).

Бесспорно, этот аспект христианского образования чрезвычайно важен, но одного его не достаточно. Христианский учитель призван любить, но не следует думать, что формированием характера исчерпывается и ограничивается все. «Там, где внимание уделяется только личностному росту, дело выглядит так, будто единственное, что Библия добавляет к светскому образованию, – это надежда на добрых людей, способных передавать знания» (с. 39). Для христианского учителя, даже если он во всем безупречен, немыслимо учить, например, тому, что человек – это всего лишь набор химических элементов. Личные качества преподавателя не могут компенсировать профессиональной лжи. Несомненно, благочестие имеет огромное значение; но, несмотря на это, Писание, содержит в себе нечто гораздо большее, говоря о природе постигаемого нами мира и человека, о социальных ценностях и т.д. Все это дает нам обильную пищу для размышлений о содержании предметов, входящих в программу, методике преподавания и задачах, стоящих перед руководителями школы. Далее речь пойдет именно об этом.

Библия как составляющая школьной программы

В наше время лишь немногие образованные люди смогут выдвинуть доводы против изучения Библии в школе, по крайней мере, в академическом плане. Знание Библии важно для понимания не только христианской веры, но и мировой культуры, на которую она оказала существенное влияние. Многие исторические события (например, Реформация), литературные произведения (например, романы Достоевского, трагедии Шекспира и др.), бесчисленные творения изобразительного искусства и музыки невозможно понять без связи с Библией.

Но, утверждая это и веря в Писание как в Слово Божье, мы должны определить, какова связь Библии с образованием. Влияние Библии на культуру всегда носило сложный характер. Множество заимствований из языка, тем и библейских образов, живущих в культуре, далеко не всегда соответствует библейскому смыслу. Вот почему необходимо внимательное и углубленное изучение Писания.

Разумеется, история и литература – это не единственные предметы, которые требуют знания Библии. Очевидно, что, уроки христианской этики и другие формы религиозного обучения также непосредственно связаны со Священным Писанием. Но, в связи с тем, что преподавание Библии как отдельного предмета – это большая отдельная тема, мы перейдем к рассмотрению других видов взаимосвязи Библии с образованием. Поговорим о том, как Писание задает общий тон и направление процессу преподавания и обучения, как через различные предметы закладывает основы мировоззрения, моральных и духовных принципов, утверждает в истине и нравственных ценностях, какие представляет модели учительства, метафоры и, наконец, идеал благочестивого учителя, во всем руководствующегося библейскими истинами.

Библия как фильтр для определения содержания школьной программы

Многие учителя-христиане справедливо сравнивают Писание с фильтром, пропускающим в двигатель чистое топливо и задерживающим грязь. Например, изучение астрологии и оккультизма или же невнимание учителя к распущенному и эгоистичному поведению в классе немыслимы для христианской школы, так как подобные явления абсолютно несовместимы с библейским мировоззрением. Но даже в том случае, когда в программе они упоминаются как явления культуры, им необходимо давать критическую оценку, основанную на Божьем Слове.

Однако, полезная и во многих отношениях удачная метафора фильтра также подразумевает и то, что христианские убеждения вступают в силу лишь после «очищения топлива». Если христианская вера – только фильтр, а не, допустим, насос, значит, она сама по себе не привносит в образование никакого содержания, но только лишь позволяет положительной информации, соответствующей библейской точке зрения, но взятой из других, светских, источников, проникнуть в школьные предметы или закрыть путь для «нечистой» информации, противоречащей христианскому мировоззрению. Поэтому, представляя себе Библию лишь как фильтр, мы не поймем, как можно руководствоваться христианскими принципами, осмысливая идеи, связанные с образованием, составляя школьную программу и реализуя ее в педагогической практике.

В действительности, Библия способна предложить христианскому педагогу гораздо больше. Рассмотрим это с помощью некоторых дополнительных понятий, краткое описание которых дано ниже.

Интеграция библейских положений, принципов и ценностей, имеющих внутреннюю логику, смысл и легитимное отношение к процессу образования или содержания того или другого предмета. Пожалуй, этот пункт подвержен наиболее частым дискуссиям, связанным с христианским подходом к образованию. Многие педагоги пытаются соотнести библейские принципы с содержанием разных школьных предметов. Однако, слишком часто эта важнейшая сторона интеграции сводится к весьма туманным словесным «натяжкам» Библии с какими-либо предметами. Как правило, учителя не задаются вопросом, существует ли смысловая внутренняя и логическая связь между определенным библейским принципом или утверждением и изучаемым предметом. Вот почему в благородном рвении утверждать авторитет Писания во всех аспектах жизни мы, христиане, порой совершенно неоправданно и произвольно используем в учебном материале тексты из Библии. При этом часто искажается смысл библейской истины или самого предмета. За всем этим, без сомнения, стоит наша христианская установка, то есть благое стремление, но от такого «христианского образования» мало толку как для самого христианства, так и для образования в целом. Простое добавление цитат из Писания или обильное разукрашивание учебников и тетрадей с библейскими стихами не дает гарантии, что такую интеграцию можно в полном смысле назвать библейской. Для осуществления подлинной библейской интеграции необходимо тщательное исследование текста Библии и определение, соответствует ли его смысл тому содержанию, которое предлагается изучаемым предметом.

Безусловно, Библия может многое сказать о сути и «последнем содержании» многих дисциплин, но вряд ли стоит ожидать от нее прямых указаний относительно «деталей», касающихся того или иного предмета. Некоторые учителя-христиане склонны видеть в Писании некую разновидность «энциклопедии», полагая, что в нем содержатся боговдохновенные утверждения, которые применимы чуть ли не к каждой теме их предмета. Но Библия не создавалась как энциклопедический справочник по мирозданию, и на многие вопросы, которые мы пытаемся в ней найти, она никогда не собиралась отвечать. Священное Писание – это, прежде всего, история спасения человечества, совершенного по воле Любящего Творца. И нам не следует говорить от имени Библии то, чего она никогда не намеревалась сказать. (Подробнее эта тема рассматриваются в пособии Джона Хея «Библейская интеграция учебной программы» и в Рекомендациях по использованию методического пособия д-ра Руфи Хейкок «Библейские истины в школьных предметах».)

В частности, библейская интеграция предполагает, с одной стороны, соответствующую связь между библейскими принципами, положениями и ценностями, а с другой – с идеями, практикой и содержанием образования. Так, например, библейское учение о том, что все люди сотворены по образу Божьему, изменяет отношение учителя-христианина к учащимся, и к тому, как следует с ними обращаться. Заповедь любить Бога и своих ближних побуждает христианского учителя говорить о служении Господу и обществу, решая эту педагогическую задачу наряду с такими целями, как личный успех в жизни школьников и их подготовка к взрослой жизни. Библейская заповедь о странноприимстве в дополнение к обычной программе побуждает учителя-христианина, преподающего иностранный язык, учить своих воспитанников понимать людей другой культуры, находящихся рядом с ними, и быть гостеприимными… Библейское утверждение о том, что мир был сотворен Богом, обязывает христианского учителя биологии напоминать учащимся о том, что дарвинская теория эволюции осталась недоказанной гипотезой, и в качестве разумной и действенной альтернативы предлагать теорию креационизма. Исходя из библейского учения о том, что человек – это не только физическая, но и духовная личность, христианский учитель истории обращает внимание учеников на то, как и в какой мере духовные и псевдодуховные идеи или искания (независимо от того, истинные они, ложные или запутанные) повлияли на общий ход истории или какое-нибудь конкретное событие, подобное Французской, Американской и большевистской революций. Связь Библии с образованием гораздо сложнее и включает в себя ряд других аспектов, о которых мы поговорим дальше.

Использование в образовании библейских метафор

Простые метафоры, сознательно или подсознательно используемые учителями в процессе образования, оказывают сильное влияние на их педагогическую деятельность, причем применение их далеко не всегда согласуется со здравым смыслом или с Писанием. Например, в некоторых странах мира процесс образования (особенно в частных школах) сводят к экономической деятельности. Администрация школы в таком случае представляет собой верхний эшелон менеджмента, школьная программа, подлежащая контролю качества, становится продукцией, которую школа предоставляет детям и родителям как своим потребителям или клиентам. Таким образом, школа продает себя обществу и т. д. Другая метафора относится к бихевиористскому подходу, который рассматривает ребенка как механизм. Такие упрощенные представления очень далеки от библейского мировоззрения, потому что не соответствуют вере в человеческую личность, созданную по образу и подобию Божьему.

Но определенные метафоры, которые мы берем из Библии, могут довольно успешно использоваться в образовании, так как их применение соответствуют Духу Писания и христианскому мировоззрению. Можно, например, назвать учителя пастырем, потому что в определенном отношении он такой же пастырь, как и наш Господь. Такая метафора способна раздвинуть горизонты наших педагогических размышлений и методов преподавания. Смотреть на образование как на возделывание «сада наслаждений» для Господа, так предлагал педагог и пастор Ян Коменский, – значит, помыслить о чем-то приводящем в порядок неторопливым, обдуманным способом и тем самым доставить удовольствие, потому что это будет сочетать в себе все преимущества обучения (возделывания) и игры (удовольствия). Такая метафора высоко поднимает планку учащихся и тех способностей, которые заложены в них Господом. Она вполне согласуется с обязанностью учителя «взращивать, поливать, обрезать». Повседневная жизнь требует от нас того, чтобы мы искали в Библии соответствующие метафоры и старались правильно применять их к педагогическим концепциям и к содержанию школьной программы. Однако, как предостерегают нас Д. Смит и Д. Шортт, простое заимствование библейских образов не гарантирует того, что образование станет подлинно библейским. Библейские метафоры, с успехом используемые в образовании, в то же время могут оказаться бесполезными и даже вредными. Очень важно с самого начала правильно понять смысл библейского образа, находящегося в контексте, чтобы определить, насколько подходит он для образования и не искажается ли при переносе его первоначальное значение, заложенное в Библии. Иначе связь, найденная с образом, может оказаться, в лучшем случае, малозначащей, а в худшем – лишь сбивающей с толку и вводящей в заблуждение.

Использование в педагогической практике библейских моделей учительства

Опишем еще один способ, с помощью которого можно связать Библию с образованием. Для этого нужно обратить внимание на то, как в ней показаны модели учительства. Наряду с многочисленными индивидуальными педагогическими приемами Великого Учителя, у Которого христиане стараются учиться на протяжении многих веков, мы можем видеть удивительное равновесие трех основных моделей учительства Христа, предшествовавших Его времени. О них можно прочитать на страницах Ветхого Завета. Эти три модели совпадают с тремя главными разделами Ветхого Завета – с Торой (Законом), с книгами пророков и книгами премудрости – и дают прекрасные образцы преподавания, которые помогут нам найти целостный подход к образованию.

Для древних евреев учение Торы было отражением гармоничного мироздания, надежной системы защиты от хаотического окружения языческих народов. Тора формировала национальную «память» и была осью, вокруг которой вращалась вся жизнь народа, она придавала этой жизни самое существенное – смысл. Постоянное повторение рассказа о Боге и Его отношений со Своим народом, подробные законы и предписания, регламентирующие жизненный уклад, обеспечивали стабильность, столь необходимую всем членам общества, в том числе, и молодежи. Чувство стабильности передавалось от поколения к поколению. Укорененность в традициях укрепляла потребность народа в единстве, надежности и безопасности. Применение этой модели учительства в наши дни означало бы возврат к умеренно консервативной системе образования, центром которой является фигура учителя, а истина передается посредством авторитета, что остается очень важной составляющей образования.

Но с этой моделью учительства связана одна трудность. В определенные времена она (не находясь в равновесии с другими моделями) может культивировать в народе закоснелость, переходящую в жесткость, или внушать, что все жизненно насущные вопросы уже разрешены, улажены, – надо лишь повторять старое, – и, наконец, не стоит особенно тревожиться по поводу меняющихся обстоятельств, которые требуют нового применения ветхих истин. К счастью, Библия дает нам вторую модель учительства – пророческую, помогающую преодолеть общее самодовольство, призывающую к переоценке, покаянию и возрождению.

Пророков можно представить как учителей, которые верили, что Бог евреев – это Господин истории, Который действует и за пределами храма, на исторической арене, в гуще человеческих дел. Пророки критиковали закоснелое толкование Торы, превращавшее ее в некую разновидность окаменелости, они учили следовать вечным Божественным истинам, применяя их к условиям своего времени. Так возникло определенное напряжение между Торой и пророками, об этом учителю никогда не следует забывать. Традиционному национальному толкованию Торой вопроса о согласии противостоял вызов пророков, это согласие критиковалось за нарушение традиций, соответствующих данному им откровению о том, что истину следует применять и в новых исторических обстоятельствах. Обе части Ветхого Завета (Тора и книги пророков) учат нас тому, что образование ведет к здоровому беспокойству по поводу старого учения во имя вновь открывшихся перспектив истины. Пророки призывали выйти за рамки привычного, чтобы взглянуть на все по-новому, совершенно в иной перспективе. Они отстаивали открытость духовной реальности, противопоставляя ее рационализму, господствовавшему в то время в традиционной еврейской культуре, которая была исключительно религиозной. Если учителя, придерживающиеся модели учительства Торы, говорили ученикам: «Вот путь, по которому нужно следовать»,– то учителя пророческой модели искали творческие, живые способы, помогающие ученикам понять, что многое в своей жизни они должны подвергнуть глубокому изменению. Учителя пророческой модели питали здоровое недоверие к существующему положению вещей, стремились искоренять нелепость, несправедливость и лицемерие, указывали на искажение подлинных целей Торы, которые произошли под воздействием греха. Они стремились вызвать в слушателях жажду к внутренним переменам, чтобы соответствовать замыслу Бога и Его Слова.

Однако, и в этой модели учительства кроется опасность. Одно лишь пророческое учение может, в конечном итоге, выбить всякую почву из-под ног учащихся. Если доставшийся по наследству традиционный образ мышления и поведения подвергнуть сомнению, то такой радикализм, фактически подрывая веру, поставит под вопрос и саму истину. Понятно, что необходимо найти равновесие между моделью учительства Торы и критическим обращением пророков.

Мы должны научиться быть проницательными, чтобы уметь в разных жизненных ситуациях различать оба полюса – Тору и пророков. Здесь нам пригодятся библейские книги премудрости, демонстрирующие третью модель учительства. Такие разделы Библии, как Книга Притчей, Псалтирь, Книга Иова, Книга Экклесиаста и др., представляют образцы интеллектуальной честности, сталкивающиеся, с одной стороны, с загадками, тайнами и непредвиденностью жизни, а с другой – с неизменным и постоянным пребыванием Бога и Его вечной истины.

Вряд ли можно найти качество, более важное для христианского педагога, чем мудрость. Мудрость – воплощенный синтез знаний о земных и небесных реалиях, в которых нуждается целостно развивающаяся личность, открытая тому, что есть «здесь и сейчас», наравне с тем, что будет «там и потом». Но мудрость возникает только в момент разрешения творческой напряженности между стабильностью Торы и здравой «пророческой» критикой.

Восстановление в образовании места Божественного «метанарратива». Сегодня как в светской, так и христианской педагогической среде проводится немало полезных дискуссий о том, какую роль играет в образовании «нарратив» (рассказ, повествование, история) и в чем его ценность. Использование в преподавании нарратива – неплохая альтернатива выстраиванию школьной программы по традиционной схеме: цель, задание, содержание, метод и оценка. Применение нарративного подхода в преподавании любого предмета способствует «погружению» в тему, потому что полностью вовлекает личность в процесс обучения, включая не только познавательные способности, но и сферу эмоций и воображения.

Опытные педагоги, наверное согласятся с тем, что в нарративе в скрытом виде обязательно присутствуют ценностные утверждения, побуждающие к размышлениям. Какие именно и чьи ценности содержатся в том нарративе, который учитель использует на уроке? Христианина должно интересовать не только очевидное использование повествования как средства передачи какого-либо содержания, соответствующего определенной теме школьной программы, но также и подразумеваемые предпосылки, или «метанарратив», от которого зависит организация излагаемого учителем материала и образ мыслей, которые неявным образом сопровождают преподавание. Предполагаемая «нейтральность» содержащихся в программе ценностей может, например, невзначай внушить мысль, будто технический прогресс является главной целью жизни, или он направлен на то, чтобы получать удовольствие от потребления, или что экономическая целесообразность играет в жизни первостепенную роль, или культивировать атеистическое, светское, гуманистическое, псевдорелигиозное мировоззрение и т. п.

Хотя возможно не трудно понять, как нужно исправить или заменить «метанарративы» библейскими принципами и ценностями, тем не менее, даже многие христиане не видят, как «метанарратив» Бога иудеев и христиан, Его действия в творении и искуплении, а также в грехопадении человека связаны с образованием. Библия повествует о взаимоотношениях Бога с человечеством, об истории спасения людей. Это утверждение образует самый крупный контекст – ВЕЛИКУЮ ИСТОРИЮ, – в рамках которой можно соответствующим образом понять историю народов мира. Библия – это одновременно и зеркало, в котором мы видим истину о себе, и окно, через которое мы видим Господа и Божий мир, его прошлое, настоящее и будущее. Библейская история дает нам необходимую составляющую образования и жизни в целом – смысл. Возьмем, например, следующие жизненно важные вопросы: «Каким образом мир и человеческая жизнь стали такими, какими мы их видим сейчас? «Что нужно делать с теми искажениями, которые мы видим?» Ответ на эти вопросы – дело социологии, политики, психологии, религии и т.д. Эти вопросы находят практический ответ и подлинный смысл только в обращении к самому крупному контексту – контексту Божьего «метанарратива».

Заключение

Итак, по мнению д-ра Смита и д-ра Шортта, ошибочно полагать, что христианский подход к образованию заключается в дополнении образования духовными, нравственными или религиозными составляющими. Напротив, он касается восстановления восприятия реальности во всей ее целостности – включая материальную и духовную сферы. Разделение физического мира и духовной реальности – это результат человеческой ограниченности. Сам факт, что духовный мир доступен через откровение и веру, не делает его менее реальным, чем мир физический. Когда учитель-христианин убирает это искусственное разделение, тогда две отличающиеся реальности предстают такими, какими они являются на самом деле – единым интегрированным целым. Они составляют одну Реальность – целостную картину, какой видит ее Творец. (Краткий обзор книги Д. Смита и Д. Шортта "Библия и образование").

Реймонд Ле Клер, региональный директор МАХШ, директор ЦПП МАХШ.

Статья использована МАРХО с разрешения организации Международная ассоциация христианских школ (Association of Christian Schools International, USA). Желающие использовать эту информацию в других контекстах должны указать имя автора и МАХШ.